ECOMEN: 15 лет сквозь тернии к образованию на русском

ECOMEN: 15 лет сквозь тернии к образованию на русском

Институту экономики и управления ECOMEN 15 лет. В связи с этим вчера в здании института состоялось торжественное открытие фотовыставки. Пришедших со знаменательной датой поздравил ректор института Ханон Барабанер.

Ханон Барабанер: «Этой выставкой дело не закончится, и подобные мероприятия будут проводиться и впредь»

Выставка фоторабот, отражающих происходящее в институте, положила начало созданию фотоистории учебного заведения. На снимках запечатлены учебное заведение в разное время и разных ракурсах, выдающиеся студенты и просто приятные и запоминающиеся моменты из жизни института. Как сказал Ханон Барабанер, этой выставкой дело не закончится, и подобные мероприятия будут проводиться и впредь. Будет создан специальный архивный фотоальбом. Материалы для выставки взяли как из институтского архива, так и преподаватели со студентами делились своими снимками.

На презентации выставки ректор института произнес торжественную речь. Он отметил, что ровно 15 лет назад в этот же день, 6 октября 1993 года, в Международном эколого-технологическом колледже, являющемся прародителем Института экономики и управления, состоялась первая лекция».

Среди собравшихся присутствовали и почетные гости. Помимо ректора, слово взял и академик Академии наук Эстонии Михаил Бронштейн. Он сделал акцент на некоторых экономико-социальных проблемах и подчеркнул: «Русскоязычное население в Эстонии находится в тяжелом положении. Надо либо быть профессиональным, либо идти на дно. Другого не дано».

Стоит отметить тот факт, что Институт экономики и управления ECOMEN на данный момент является единственным высшим учебным заведением в Эстонии, получившим полную аккредитацию обучения на русском языке. Как рассказал руководитель отдела массовых коммуникаций института Вячеслав Иванов, «у эстонских абитуриентов очень широкий выбор и больше возможностей, нежели у русских. И вуз создавался на Северо-Востоке Эстонии, где проживает много русских. Других вариантов там не было, и абитуриентам приходилось ехать в Тарту или Таллинн, где обучение идет преимущественно на эстонском языке. Поэтому основной приоритет вуза — дать возможность русскоязычным студентам получить образование на родном языке».

Структура института построена так, что одна его часть находится в Силламяэ, а другая — в Таллинне. Между отделениями в этих городах проведен телекоммуникационный канал. Преподаватели в режиме онлайн могут читать лекции, транслируемые из одного города в другой.

Помимо прошедшей фотовыставки, в институте планируются и другие мероприятия, приуроченные к юбилейному году. В скором времени в здании института пройдут Дни предпринимательства Таллинна. Также в рамках института ECOMEN 28 октября состоится конференция на русском языке, посвященная вопросам и проблемам высшего образования. Будут привлечены представители других высших учебных заведений и зарубежные гости. В конце ноября Русским академическим обществом при участии ECOMEN будет организована конференция по глобальным экономическим вопросам. Вдобавок ко всему, издается седьмой юбилейный сборник под названием «15 лет на благо Эстонии».

Олег ГОЛОВАНОВ, Святослав ЕРШОВ, moles.ee, 07.10.08

Послесловие к событию

Вот с такой небольшой, но емкой речью, текст которой вы видите на этой газетной странице, академик Михаил Лазаревич Бронштейн выступил на открытии выставки, положившей начало целому циклу мероприятий, посвященных 15-летию Института экономики и управления. И надо было слышать эти бурные аплодисменты, когда ректор института профессор Барабанер и академик Бронштейн разрезали ленточку, символически обозначавшую вход в историю вуза, отраженную в многочисленных фотографиях. Эти снимки, заключенные в строгие, но элегантные рамки, словно останавливали разные мгновения из жизни института. Торжественное вручение дипломов… Смеющиеся молодые лица на международной ярмарке учебных заведений, институт всегда принимает участие в таких выставках-ярмарках. Или вот снимки с международной туристической выставки «Матка-2008» в Хельсинки.

Но не было и не могло быть среди этих ярких, красочных снимков того, который был бы сделан в начале 90-х в маленькой комнате на Вана-Пости, где с трудом помещались два старых, скрипучих письменных стола. Вот в этой обшарпанной комнатенке, где сидели два удивительных человека, будущие ректор института и его заместитель, и рождалась эта, казавшаяся совершенно невероятной в те времена, идея создания института. Шел 93-й год… Атмосфера в обществе, во властных структурах Эстонии была, мягко говоря, далеко не лучшей для русскоязычного населения, все было возможно тогда в стране, вплоть до столкновения людей разных национальностей. Недаром профессор Барабанер, вспоминая те времена и то, сколь много усилий пришлось тогда приложить, чтобы это учебное заведение, работающее на русском языке, открылось, с горечью говорил: «Кому-то очень хотелось, чтобы наши юноши стали «ларечными мальчиками», а девочки — «панельными девочками». Я и сейчас помню, как один из известных политиков цинично сказал тогда, нисколько не стесняясь: «Нам нужны будут работяги...»

Надо было очень верить в то, что русское образование будет необходимо в этой стране, что оно будет востребовано, чтобы взвалить на себя столь большое, сложное и ответственное дело — создание института.

Между прочим, на открытии выставки ректор профессор Барабанер показал всем собравшимся старый номер газеты, вышедший в начале 90-х, со статьей «Кембридж в Силламяэ». И странно было видеть эту пожелтевшую от времени, истрепавшуюся на сгибах газетную страницу. Мне даже показалось, что студенты с некоторым недоумением смотрели на этот старый газетный номер. Быть может, многие и не догадывались, что между этим давним номером газеты и нынешним торжественным открытием выставки пролегли годы бесконечного труда, годы надежд и сомнений, отчаяния и веры. И поразительного упорства...

Но надо сказать, что и тогда, в то сложное время нашлись все же люди, которые трезво оценивали ситуацию, старались смотреть вперед, поверх, так сказать, сиюминутных политических амбиций, поверх всех всплесков национализма и т.д. Решение поддержать создание русского колледжа на Северо-Востоке, из которого потом и вырос институт, приняла правительственная комиссия по Ида-Вирумаа, в которую входили тогда такие известные люди как Марью Лауристин, Андрес Таранд и т.д. А с российской стороны идея создания колледжа была поддержана председателем Комитета по высшему образованию России, Советом ректоров Санкт-Петербурга.

Кстати, и потом были люди, умные, здравомыслящие люди, которые, несмотря ни на что, поддерживали институт даже в самые тяжелые времена. На открытии выставки, рассказывающей об истории института, недаром присутствовали старейшина Пыхья-Таллинна Энно Тамм и его заместитель Юри Йыгева. О них руководители ECOMENа говорят с неизменной благодарностью.

Но поразительно… Институту и потом, когда он, казалось, уже твердо строял на ногах, был благоприятно оценен международными экспертами, пришлось переживать немало горьких, неприятных моментов. Особенно тяжелыми, как вспоминают ректор и его заместитель Людмила Барабанер, был 2003 год, казалось бы, внешне вполне спокойный. А на институт, как выразился профессор Барабанер, «налетали бандиты», это странно звучит в наш просвещенный, цивилизованный век, не правда ли? И тем не менее...

Больше месяца в институте сидели комиссии из Налогового департамента, ища и не находя никаких нарушений, но нервируя сотрудников и руководство.

Шесть экспертиз (шесть!) институт прошел при получении лицензий. Один эксперт опровергал то, что хвалил другой. Иногда хотелось положить рядом все эти результаты экспертиз, чтобы сразу стало видно, как пытаются создать для института невыносимую обстановку. А надо было жить и работать в полную силу, чтобы никто из студентов даже не почувствовал трудностей, которые переживает институт.

Никогда не забуду одно из первых «посвящений в студенты», где-то в середине 90-х годов, смешной, необычный, но выразительный ритуал… Помню листы из вощеной бумаги, из которой студентам надо было сложить стаканчики и потом выпить из них таинственную жидкость. На поверку она оказалась соленой водой. Как намек на то, что за годы ученья придется съесть не один пуд соли. Помню, как, обмакнув палец в чернила, ребята торжественно прикладывали его к огромному свитку бумаги. Подписывались под текстом институтской клятвы. Здесь всегда было много смеха, веселой выдумки, невероятной изобретательности.

Помню нечто вроде своеобразного гимна, который пели студенты и преподаватели: «В темно-синем дворе, в закутке Туулемяэ, вдалеке от трамваев и шума толпы, колледж мы возвели и студентов собрали...» Институт находился тогда в тесных, мало приспособленных для настоящего учебного заведения помещениях. Но ведь учились. И как учились!

А потом появилось здание на Эрика, 7а… Оно тоже досталось институту с большим трудом. Но, боже мой, что это было за здание… Почерневшие стены, обугленные балки, выбитые стекла, провалившиеся полы… И груды, груды мусора повсюду. Быть может, только ректор и его заместитель, два этих поразительных человека, и могли увидеть в этой страшной разрухе, в этом чудовищном хаосе разрушения светлый образ будущего института.

Европейским экспертам, руководителям крупнейших европейских вузов, проверявшим институт, его отличную материальную базу, его учебные программы на предмет аккредитации, возможно, и в голову не приходило, «из какого сора», как растут стихи, выросло и это учебное заведение. А если бы узнали, наверное, были бы потрясены. Вряд ли кто-нибудь в благополучной Европе мог совершить нечто подобное...

Но институт уже дважды за годы своей работы получал полную международную аккредитацию своих программ. Больше того… На одной из институтских стен, недалеко от этих самых фотографий, рассказывающих об его истории, висит сертификат крупнейшей международной организации, работающей почти в 200 странах мира — Bureau Veritas Certification. Как свидетельство, подтверждающее высокий уровень этого учебного заведения.

На открытии выставки ректор был деловит и энергичен, как всегда. И лишь те, кто проработал рядом с ним долгие годы, видели, как он волновался. Да и как было не волноваться, вспоминая прошедшие годы? Когда-то институт, тогда еще колледж, начинался с 70 студентов. Сейчас здесь учатся более 1000 человек. Институт живет, растет. И дай ему Бог доброго пути.

В самом деле, век просвещения не кончится, пока живы, пока есть просветители.

Нелли КУЗНЕЦОВА, moles.ee, 09.10.08

Ханон Барабанер: «Возможность получить высшее образование на русском языке должна сохраняться в Эстонии как можно дольше»

Свое 15-летие отмечает Институт экономики и управления – на сегодня единственный в Эстонии частный вуз, со дня основания и до сих пор ведущий свою деятельность на русском языке и имеющий полную государственную аккредитацию программ обучения.

 Сегодня, 21 ноября, в 13.30 в северо-восточном отделении ЭКОМЕНа – Института экономики и управления (по адресу: Силламяэ, Мере, 3) – открывается фотовыставка, посвященная истории вуза (на снимках – выдающиеся студенты, различные моменты из жизни учебного заведения и т.п., подобная экспозиция уже представлена в таллиннском отделении института, на силламяэской учебной площадке она будет работать до конца текущего учебного года). А в следующую субботу, 29 ноября, в силламяэском Центре культуры состоится торжественный вечер, на который приглашаются все выпускники ЭКОМЕНа разных лет (зарегистрироваться можно по адресу электронной почты: info@ecomen.eu). Такими довольно знаменательными событиями, а также еще серией тематических мероприятий, свое 15-летие отмечает Институт экономики и управления – на сегодня единственный в Эстонии частный вуз, со дня основания и до сих пор ведущий свою деятельность на русском языке и имеющий полную государственную аккредитацию программ обучения. Недавно мы побеседовали с ректором вуза, доктором экономических наук Ханоном Барабанером. Говорили не только о юбилейной дате ЭКОМЕНа, но и о том, какое будущее ждет высшее образование на русском языке в Эстонии. Замечу, что интервью проходило необычно – по телемосту. А для меня оно стало особенным еще и потому, что ранее столь подробную беседу с г-ном Барабанером я имела лишь однажды – пару лет назад – только тогда вопросы задавал он мне… это была защита моего диплома.

— В 1993-м в Силламяэ вуз создавался именно для того, чтобы расширить возможности русских абитуриентов, проживающих в Ида-Вирумаа, которым, чтобы получить высшее образование, причем, в большинстве случаев, не на родном, а на государственном языке, приходилось ехать учиться в Тарту или Таллинн. Затем же, когда в 1994 году открылось столичное отделение ЭКОМЕНа, не только расширилась деятельность вуза, но и его задачи. Так, основной приоритет вуза – дать возможность всем русскоязычным студентам страны получать образование на родном языке. До сего времени, судя по ежегодным наборам (как в таллиннском отделении, так и в ида-вирумааском), это актуально. Ханон Зеликович, но как вы считаете, сколь долго еще продлится ситуация, при которой русскоговорящие абитуриенты будут отдавать предпочтение получению высшего образования на русском языке, в том числе в Институте экономики и управления (ИЭУ)?

— Я убежден, образование на русском языке (и школьное, и профессиональное, и высшее) в Эстонии должно сохраняться бесконечно долго. Дело в том, что при любых ситуациях и настроениях в обществе, в стране всегда сохранится не менее 20-25% постоянных жителей, родным языком которых будет русский (это показывают все социальные прогнозы, проводимые различными организациями). А получать образование, в частности высшее, именно на родном языке – вполне оправдано. Ведь войти вглубь предмета, изучить его до мелочей и нюансов, можно только в том случае, если преподается он на том языке, на котором человек думает, то есть на родном. И вот уже 15 лет ЭКОМЕН предоставляет возможность в конце обучения на русском языке получить диплом о высшем образовании государственного образца, признается который и в Эстонии, и на всем пространстве Евросоюза, и в России.

— И насколько же, по-вашему, русскоязычные специалисты будут в дальнейшем востребованы в Эстонии?

— Полагаю, довольно сильно, потому как сегодня их даже мало. Среди всех студентов Эстонии численность тех, кто получает высшее образование на русском языке, составляет всего 9-10%. Считаю, их количество должно быть существенно увеличено.

— Зачем? Разве русскоязычные специалисты с высшим образованием (и те, кого выпускает ЭКОМЕН), которые планируют жить и работать в нашей стране, имеют какое-либо преимущество перед своими эстонскими коллегами?

— Безусловно!

— ???

— На то, что конкурентное преимущество получат именно те молодые люди, которые наряду с эстонским и иностранным(и) языками владеют русским, обращал внимание и бывший министр образования Эстонии, ныне – депутат Рийгикогу Пеэтер Крейцберг. Сегодня, и я это говорю не понаслышке, а из личного опыта (я ездил по разным странам, консультировал многие фирмы), миру и особенно Европе очень требуются специалисты, владеющие русским языком. Более того, не просто знающие этот язык, а подготовленные на нем. Был период, когда обходились услугами переводчика. Но сейчас на евразийском континенте, где сошлись восток с западом, возникает мощная концентрация различных культур, национальностей, здесь одним из самых востребованных языков общения становится русский язык. Нынче он по необходимости широко используется и вместе с французским занимает 3-4 местопо распространенности. И сегодня в этой ситуации ценятся именно специалисты, не только владеющие, но и обучавшиеся на русском. А если говорить об Эстонии, то и она в ближайшее время, я уверен, станет «мостом» между востоком и западом и ей будут крайне нужны русскоязычные дипломированные специалисты.

— Но многие из тех, кто получал образование на русском, и среди них немало ваших выпускников (сегодня выпускники Института экономики и управления работают в 29 странах мира, на всех континентах), покидают Эстонию, не проработав тут ни дня по полученной специальности. Не пугает ли вас этот отток и то, что молодежь уже в процессе обучения ориентируется на другие государства?

— Конечно, пугает. Но это касается не только русскоязычных молодых специалистов. Сегодня выезжает и эстонская молодежь (и ее процент – гораздо выше). Вполне нормально то, что молодые люди ищут для себя более высокий уровень обеспечения, а некоторые гонятся не только за высокой зарплатой, но и просто хотят трудоустроиться. Они же не виноваты в том, что за последние десятилетие была разрушена реальная экономика Эстонии. Что в нашей стране прекратили свою деятельность десятки предприятий, которые были известны не только на территории бывшего Советского союза, но и во всем мире (это и завод им. М.Калинина, и завод «Двигатель», на совершенно другом, гораздо высшем, уровне работал нарвский «Балтиец»). А те, что ныне действуют («Силмет», Балтийский судоремонтный завод, Нарвские электростанции и ряд других) не могут принять на работу всех специалистов. Что в начале 90-х, в период тотальной приватизации, было массовое сокращение кадров. Но утечка мозгов (в прямом смысле) из Эстонии (а это следствие отсутствия ведения разумной экономической политики) является не то, что проблемой, а просто бедой для нашего государства, тем более в свете нынешнего экономического кризиса. Совсем недавно я имел беседу с министром экономики и коммуникаций Юханом Партсом. И мы пришли к выводу, чтобы выйти из кризиса, во-первых, необходимо формирование дальновидной экономической политики. Ведь обидно то, что от нас уезжают ребята отлично подготовленные, имевшие большие достижения в учебе, что помогает им и за рубежом добиваться профессионального успеха. Это говорит о том, что система высшего образования в Эстонии (также и на русском языке) находится на достаточно высоком уровне. А вот система трудоустройства, система использования подготовленных специалистов хромает. Но в ближайшие год-два начнется массовый вынужденный возврат в Эстонию из Франции, Испании, Ирландии, Англии, Германии, США – из тех стран, которые сегодня, в первую очередь, затронуты кризисом.

— Чем это чревато для работающих в Эстонии, для молодых специалистов, в том числе для выпускников Института экономики и управления?

— Очень просто. Существенно уменьшается количество рабочих мест, безработица нарастает уже сегодня. И к местным соискателям добавятся еще и те, кто прибудет (а к данному моменту по разным оценкам из Эстонии выехало от 70 до 100 тыс. чел.). Естественно уровень безработицы в нашей стране еще больше увеличится.

— Институт экономики и управления будет принимать эту ситуацию к сведению, может быть, введет какие-то новшества в процесс обучения?

— ИЭУ – учебное заведение, в котором, и я не побоюсь это сказать, сконцентрирован мощнейший профессиональный потенциал. Только что нами была проведена конференция «Высшее образование в условиях мировой глобализации» (она была также приурочена к 15-летию ЭКОМЕНа), основные вопросы который как раз и касались подготовки специалистов с высшим образованием в условиях современной Эстонии. На конец ноября намечается большая экономическая конференция (в ней Институт экономики и управления примет участие), на которой будет проанализировано нынешнее положение дел в этой области, даны рекомендации по формированию экономической политики в нашей стране. Организовывая подобные мероприятия и принимая в них участие, ЭКОМЕН ищет новые идеи для своей работы. Если говорить конкретнее, то для того, чтобы усовершенствовать свой учебный процесс, мы постоянно заглядываем в будущее – отслеживаем положение на рынке труда не только нашего государства, но и всего мирового пространства. Потому-то в нашем институте каждые два-три года появляются новые специализации. Мы не хотим готовить безработных, мы хотим готовить таких специалистов, которые бы покинув стены альма-матер, сразу же оказались востребованными. Безработицу мы стараемся предупредить тем, что отслеживаем, какие специальности будут необходимы через четыре года. Мы все время ведем три мониторинга: рынка труда, техники и технологий (что нужно знать специалисту, который будет работать через несколько лет – тогда, когда будет держать в руках диплом), рынка образовательных услуг (чтобы не было перекоса в одну сторону, к примеру, все готовят юристов, и мы туда же). И учитываем эти данные постоянно. Например, в свое время я отказался от того, чтобы готовить психологов, кажется, тогда мы стали единственным вузом в Эстонии, который не имел в своем арсенале этой специальности. Но от этого мы ничуть не проиграли, наоборот, заменив «Психологию» «Социальным хозяйством» добились того, что обеспечили наших выпускников той специальностью, по которой они без труда нашли себе применение на рынке труда.

— Правильно ли я понимаю, что вы пытаетесь заполнить ту нишу на рынке труда, которая в данный момент не очень востребована?

— Не совсем так. Мы пытаемся заполнить ту нишу, которая окажется чрезвычайно востребованной через несколько лет. То есть мы идем на опережение. Значит, не должны идти на поводу у того, что популярно и нужно сегодня, а должны предвидеть то, что будет необходимо через некоторое время. Думаю, анализировать происходящее в нашем государстве и в целом мире и, исходя из этого, обеспечивать своих студентов той специальностью, по которой они смогут трудоустроиться, – прямая обязанность каждого учебного заведения.

— Деятельность Института экономики и управления построена таким образом, что первые два года студенты обучаются по основным предметам, после чего должны определиться со специализацией, которую будут изучать остальные два года. Помогаете ли вы своим учащимся с выбором специализации, чтобы не было того самого перекоса, о котором вы сказали выше?

— Выбор специализации происходит абсолютно добровольно каждым студентом ЭКОМЕНа, ни малейшего давления ректорат оказывать не имеет права. А лишь может проводить разъяснения, давать подробнейшую объективную информацию относительно того, насколько та или иная специальность востребована сегодня, насколько будет востребована через n-ое количество лет в Эстонии, в Европе, в мире, что ожидает тех или иных специалистов и т.д. Был у нас год, когда большинство студентов, особенно девушки, отдали предпочтение специализации «Организация и управление предприятием туризма». Свой выбор они мотивировали тем, что очень любят путешествовать. Разумеется, работать управляющим в туристическом бизнесе и быть туристом – вещи кардинально различные. Тогда им пришлось объяснять эту разницу. Бывает и так, что студенты выбирают ту или иную специализацию, потому что ее основные предметы ведет яркий преподаватель. Это замечательно, когда учащиеся тянутся за своим учителем. Но и в этом случае ребятам приходится пояснять: вы выбираете специальность потому, что это дело вам интересно, оно будет вас кормить и приносить вам доход, а не из-за того, что курс читает преподаватель, на лекциях которого не заснешь от скуки.

— И все же, почему бы ИЭУ не поэкспериментировать с эстонским языком? То есть не только давать его студентам в качестве отдельного предмета (не сомневаюсь, что здесь он преподается на высоком уровне), но и попробовать вести на нем хотя бы основные предметы специализации. Ведь не лишним будет молодому специалисту, который собирается строить карьеру в этой стране, владеть необходимой ему в профессии терминологией на государственном языке.

— Безусловно, студентам мы должны обеспечивать изучение не только разговорного, но и профессионального языка, и делаем это. Необходимую терминологию они получают не только на эстонском языке, но и на английском и немецком (продублированы все специализированные предметы). Мы это в обязательном порядке практикуем достаточно давно. Ежегодно трудоустраивается 90-95% выпускников ЭКОМЕНа. И работу они находят в ведущих фирмах и на крупных предприятиях по всему миру. Это говорит о том, что у них нет языкового барьера. Они прекрасно справляются со своей работой на русском, эстонском, английском, немецком, итальянском, французском языках.

— Ханон Зеликович, честно говоря, я так точно и не поняла, в таком случае, на какой же рынок вы готовите специалистов? И принимаете ли во внимание разговоры о том, что в нашей стране людей с высшим образованием – явный избыток, а вот рабочих, обслуживающего технического персонала – ощутимая нехватка?

— Повторюсь, выпускники ИЭУ работают по всему миру, но это не значит, что мы готовим таких специалистов, которые бы не нашли себе применение в Эстонии. А что касается слухов (иначе и не назвать) об избытке в нашей стране людей с высшим образованием, то уже в ряде стран (среди которых такие крупные державы, как Япония и Англия) встает вопрос об обязательном высшем образовании. В специалистах с высшим образованием сегодня очень нуждается и Эстония, и в дальнейшем их ей будет требоваться все больше. Ведь наша страна идет к тому, чтобы не только восстановить, но и поднять на более высокий уровень собственную экономику. А для этого нужно немало светлых голов. Нынче в вузах страны обучается всего около 70 тыс. человек – это 5% от всего населения государства. Для всех развитых стран этот показатель является минимальным. Смею предположить, что те, кто говорит об избытке специалистов с высшим образованием в Эстонии, либо не могут обеспечить хорошую подготовку, либо просто не понимают, что такое современная экономика.

— За 15 лет деятельности ЭКОМЕН завоевал прочные позиции в системе высшего образования Эстонии. Тем не менее, некоторые абитуриенты считают, что в Институт экономики и управления идут от безысходности. Поступают сюда те, кто по тем или иным обстоятельствам не смог зацепиться в Таллинне или Тарту: недостаточно хорошо учился в школе, имеет не слишком высокие баллы по госэкзаменам или вовсе был отчислен из какого-то государственного вуза. Не исключено, что лояльные условия поступления в ваш вуз (абитуриенту нужно лишь пройти собеседование и внести плату за обучение) эти слухи и порождают. Молодые люди думают, что, учась в ЭКОМЕНе, напрягаться особо не нужно, ведь деньги тут решают основные проблемы (мол, только плати, а до диплома уж как-нибудь дотянут). Прокомментируйте, пожалуйста, эту ситуацию.

— Поступить в Институт экономики и управления действительно легко, сложно учиться. Я уверяю вас, многие даже боятся поступать в наш вуз, потому как у нас очень высокие требования к студентам (отсев по академической неуспеваемости доходит до 40% ежегодно). Возможность поступить мы предоставляем каждому желающему, но сразу же поясняем абитуриенту, что, переступая порог ИЭУ, он должен учиться с полной отдачей. Деньги платятся не за диплом, а за право учиться. Если бы это было не так, то ЭКОМЕН уже бы давно прекратил свою деятельность, как это за последние годы по всей Эстонии сделали тридцать псевдовузов, куда как раз многие шли не за получением знаний, а за дипломом (нужно было заплатить определенную сумму, которая обеспечивала необходимые корочки).

— Вы правы. Ведь сегодня уже стало редкостью, когда можно получить высшее образование бесплатно, а насколько приемлемы ваши цены?

— Действительно, сегодня в Эстонии половина из 70тысяч всех студентов учится на платной основе, в том числе, и в так называемых государственных вузах (хотя правильно их называть общественно-правовыми). Ни одно бедное государство, а Эстония бедное, не может себе позволить обеспечить всех желающих возможностью бесплатно получать высшее образование. Не стану скрывать, плата за обучение в Институте экономики и управления – не самая низкая, но и не выше средней по стране. Цены нам, конечно, приходится поднимать, но мы это делаем по причине всеобщего ежегодного повышения цен. И в своей ценовой политике ИЭУ все 15 лет придерживается того, чтобы выдаваемый банком учебный кредит позволил любому человеку обучаться в нашем вузе. Кроме того, в институте предусмотрена система скидок.

— Как ректору вам часто приходится общаться со студентами не только с кафедры, но и в неформальной обстановке. На ваш взгляд, кто он – студент ЭКОМЕНА?

— Во-первых, отмечу, за последнее время у нас возникло две группы студентов: первая, которые приходят из общеобразовательных школ и профессиональных училищ, вторая – уже давно работающие люди, имеющие потребность в получении высшего образования или второго высшего. Это люди, которые поняли: делать успешную карьеру на производстве, на предприятии можно только имея багаж современных знаний в той или иной области и постоянно пополняя его. Как правило, представители этой группы студентов – целеустремленны, достаточно собранные. А первая – это активные девушки и парни, которым сначала кажется, что учеба в вузе – это продолжение школы, где можно пообщаться, потусоваться. Но уже к третьему курсу они становятся совсем другими, и мы каждый раз удивляемся этому. Тому, насколько резко поднимается их общий культурный уровень, какими серьезными они становятся. А объединяет эти две разные группы студентов (к слову, нередко учиться к нам приходят целыми семьями) любовь к институту.

— Ханон Зеликович, с похожего вопроса мы начали разговор, но поясните конкретнее, на ваш взгляд, какое будущее ожидает высшее образование на русском языке в Эстонии?

— Быть очень большим оптимистом здесь я не рискну. По действующему в Эстонии закону, обучение в государственных вузах должно вестись на государственном языке. Но я убежден, что в Эстонии должно сохраниться высшее образование на русском языке и, как я уже сказал, как можно дольше. Смею заверить, не последнюю роль в этом будет играть Институт экономики и управления.

— А для чего его (высшее образование на русском) сохранять?

— Для того, чтобы 25 % русскоязычного населения Эстонии во все времена имели свою профессиональную элиту.

На связь по телемосту выходила Наталья КОЛОБОВА

В конце беседы Ханон Барабанер отметил, что с прессой по телемосту он общался впервые. При том, что это чудо техники в ЭКОМЕНе работает уже более трех лет (вуз тогда был в этом плане первопроходцем). Телемост позволяет не только соединять два отделения института (преподаватели из Таллинна могут читать лекции в Силламяэ и наоборот), но и проводить совещания всего преподавательского состава. А также развивать сотрудничество между вузами-партнерами ИЭУ: устраивать международные студенческие диспуты, конференции и прочее. Кстати, сейчас расширяется круг партнеров вуза – институт налаживает контакты с казахским университетом Астана Турон и с известным в Болгарии Экономическим университетом, чему технический прогресс как раз очень способствует. В перспективе – защита дипломных и курсовых работ студентами ЭКОМЕНа по телемосту.

Инфопресс № 47

Свои двери нынешний Институт экономики и управления распахнул в 1993 году в Силламяэ. Несмотря на то, что в состав учредителей вуза вошли горуправления Силламяэ и Нарвы, Республиканский департамент занятости, Санкт-Петербургская инженерно-экономическая академия (ныне университет) – знаменитый ИНЖЭКОН, а также акционерное общество «ESTEKEN», тогда нашлось немало скептиков. Они говорили, что вуз не дотянет и до первого выпуска. Однако к сегодняшнему дню из стен ИЭУ вышло одиннадцать выпусков (около 1300 специалистов высокого уровня). А год спустя, после открытия, в 1994, появилось отделение института в Таллинне.

За 15 лет работы образовательное учреждение не раз меняло свое название. Сначала оно именовалось Силламяэский международный эколого-технологический колледж, затем длительное время – Силламяэский институт экономики и управления. В начале 2006/2007 учебного года вуз в третий раз сменил название и стал именоваться проще – Институт экономики и управления или сокращенно ЭКОМЕН. Прилагательное, говорящее о принадлежности учебного заведения к Силламяэ, пропало из его названия неспроста. Много лет вуз благополучно осуществляет свою деятельность не только в Силламяэ – на своей исторической родине, – но и в Нарве, Кохтла-Ярве, в столице.

Нынче ИЭУ – крупнейший в Эстонии частный вуз с русским языком обучения. Но в нем ведется преподавание эстонского и иностранных языков. На основании рекомендаций международной экспертной комиссии вуз имеет полную государственную аккредитацию всех своих учебных программ и, следовательно, международное признание дипломов.

Институт сотрудничает с рядом вузов Эстонии, России, Финляндии, Австрии, Дании, США (пожалуй, главный партнер ЭКОМЕНа, который рука об руку идет с вузом с первого дня его работы, – Инженерно-экономический университет Петербурга). Поддерживает тесные контакты с предприятиями, фирмами и организациями в нашей стране и далеко за ее пределами, везде, где трудятся его выпускники.

Преподаватели ИЭУ – высококвалифицированные специалисты. Более половины из них – доктора и кандидаты наук, магистры.

18:40
27
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...